ПОЗНАТЬ СЕБЯ

Испытания электрическими разрядами, алко-тренировки и «медитации на смерть»: как француженка 18 лет была узницей своего отца

Она молчала об этом всю жизнь. А как и кому рассказать, что собственный отец держал тебя в заточении с самого рождения и с помощью жестоких испытаний пытался выковать из тебя сверхчеловека, пока ты не сбежала? Мир не могла не потрясти история Мод Жульен, которая выжила в условиях «домашнего концлагеря» и сохранила рассудок. 

Мод Жульен

Родители бывают разные, но идеальными не бывают никогда. Все мы несем по жизни обиды и травмы из детства. Кто-то справляется с ними, а кто-то их даже не замечает. Но как быть, если отец с самого рождения дочери держит ее в постоянном страхе и проводит над ней жестокие эксперименты в духе Ницше? Изолирует от общества, устраивает испытания электрическим током, морит голодом и внушает — ты избранная, ты должна спасти человечество. Нет, это не сюжет психологического триллера, а реальная история Мод Жульен, которая одержала победу над самым страшным кошмаром своей жизни — родным отцом Луи Дидье.

В жизни французского бизнесмена Луи Дидье, родившегося в 1902-м, хорошего было откровенно мало. Его отец — профессиональный преступник — был богат, но обладал неуравновешенным характером и поражал мальчика внезапными вспышками агрессии. Он бил жену, а после смерти дочери, младшей сестры Луи, потерял над собой контроль окончательно. Однажды он обманом заставил сына съесть любимого кролика, чтобы посмотреть, как будет реагировать мальчик, узнав правду. Реакцией он остался недоволен: вместо того, чтобы плакать или прийти в отчаяние, юный Луи лишь побледнел. «Я думаю, именно это событие отрезало ему все чувства к любому другому живому существу», — спустя много лет вспомнит дочь Дидье, Мод Жульен.  

С женщинами у Луи отношения тоже не складывались. В начале XX века вся Европа «болела» исследованиями Зигмунда Фрейда. 

Судьба Дидье могла бы стать отличной иллюстрацией «эдипова комплекса» — бессознательного желания превзойти отца, метафорически «убить» его с тем, чтобы «овладеть» матерью.  

«Отец был влюблен в свою маму», — расскажет Мод Жульен журналистам The Guardian и, как практикующий психотерапевт, будет права. Одержимый собственными родителями, лишенный способности чувствовать и сопереживать, Луи решил купить себе жену. Но не ради любви, а для реализации проекта по созданию сверхчеловека.

Фотография Луи Дидье и его дочери Мод на обложке книги воспоминаний

В 1936-м судьба свела 34-летнего француза и по совместительству члена масонской ложи с почти нищим горняком из Лилля, семья которого умирала с голоду. Луи Дидье приглянулась шестилетняя белокурая дочь работяги: недолго думая, предприниматель решил взять маленькую Жанин под свое крыло.
«Она не будет ни в чем нуждаться, получит блестящее образование и будет очень комфортно жить. Мое единственное условие — ты больше ее не увидишь», — сказал тогда Луи. 

На севере Франции не было человека, который бы не знал богатый клан Дидье, а потому несчастный мужчина согласился. Он не мог и представить, во что превратится жизнь его дочери.  

Дидье действительно дал девочке лучшее образование, но воспитывал ее в страхе. Жанин знала латынь, классическую философию и со своими знаниями могла бы преподавать в университете, но вместо этого по окончании колледжа вернулась служить покровителю. Из девочки, годившейся Луи в дочери, предприниматель вылепил себе послушную и тихую жену, которая боготворила его и вместе с тем очень боялась.

23 ноября 1957-го 28-летняя Жанин родила супругу дочь, которую тот назвал Мод. Когда девочке исполнилось 3 года, семья переехала в отрезанный от мира особняк возле Касселя. Нет, это был не дом — а испытательный полигон, микро-королевство Луи Дидье, где царила жестокость, холод и тишина, за нарушение которой можно было получить разряд электрического тока или быть запертой на ночь в подвале, кишащем голодными крысами.

Несмотря на то, что фашизм был свергнут, идеи о сверхчеловеке в духе гитлеровцев пленил ум Дидье еще в молодости. Он был одержим желанием трансформации, обретения «божественных» сил.

Луи мечтал создать человека, который с легкостью выжил бы в концентрационных лагерях и противостоял пыткам во время допроса.

Запутанное и враждебное мировоззрение этого масона сформировалось в годы между Первой и Второй мировыми войнами, и он был убежден, что при правильной физической, умственной и эмоциональной тренировке человек сможет превзойти самого себя. Однако над собой ставить эксперименты Луи Дидье все же не решился. Подопытным кроликом стала его маленькая дочь.   

Луи верил, что этот ребенок, подобно ему самому, «избранный»: в будущем Мод призовут, чтобы «воспитать все человечество». Задача Дидье в таком случае — физически и ментально подготовить дочь к подвигу.

Мод Жульен

Мод была напугана переездом, огромный мрачный дом страшил ее. Родители услужливо объяснили заплакавшей девочке, что вынуждены были переехать лишь из-за нее, ведь она — сумасшедшая и ее могут в любой момент обнаружить и упрятать в психиатрическую лечебницу Байеля. «Это правда, я была не совсем нормальной. В Лилле у меня были ужасные истерики, во время которых я ударялась головой о стены. Я была пучком неукротимой воли, полной силы и ярости», — пишет Мод в своей книге.   

Вероятно, Жанин знала о планах мужа и всецело их разделяла. Вместе с Дидье она изолировала дочь от окружающего мира: даже телефон был помещен в коробку, запертую на ключ, который хранился у главы семьи. Девочку с пяти лет обучали важным для ее миссии наукам — философии и музыке. Фортепиано, скрипка, саксофон, труба, аккордеон и даже контрабас — Мод владела всеми инструментами в совершенстве, а все из-за убеждения отца: «Только музыканты выживают в концентрационных лагерях». И это в 1960-х!

Азбука, однако, оставалась под запретом — читать Мод научилась лишь спустя много-много лет, уже вырвавшись на свободу. Пока мать отвечала за кругозор и интеллектуальное развитие девочки, ее отец тренировал в ней выносливость и эмоциональную стойкость.

В пятилетнем возрасте Мод прошла свое первое «испытание алкоголем», во время которого Луи Дидье накачивал ее спиртным и ставил перед ней сложные задачи. 

«Мой отец думал, что победившие алкогольное опьянение люди смогут получить информацию от кого угодно. Я могла бы побудить своих врагов пить, а затем выведать их тайны», — рассказывает Жульен.

Эмоции считались слабостью, которую нужно одолеть так же, как лень, боль и страх смерти. Если Мод капризничала, жаловалась или показывала недостойные результаты испытаний, ее изолировали от обоих родителей на 6 недель. 

«Я должна была постоянно доказывать, что достойна тех заданий, которые отец мне давал, но я почти никогда не оправдывала его ожиданий. Я чувствовала себя слишком неуклюжей, слишком глупой. И очень сильно его боялась. Грузная фигура, большая голова, стальные глаза — у меня каждый раз дрожали от страха колени, когда я к нему подходила. Мама не могла меня защитить и не хотела этого. Господин Дидье был для нее полубогом, которого она обожала и вместе с тем ненавидела, но которому никогда не перечила», — расскажет Мод Жульен спустя много лет. 

Девочка с раннего возраста спала на жесткой кровати без матраца, мылась исключительно холодной водой и жила в неотапливаемом помещении. Зимой дом промерзал так, что инеем покрывались половицы детской. 

«Горячая вода для слабых. Если ты попадешь в тюрьму, тебе нужно будет показать, что ты не боишься холода», — наставлял дочь Луи Дидье.
Скудную еду для пятилетней Мод готовили отдельно, ведь ее организм должен был научиться справляться с отсутствием витаминов и генерировать их силой мысли.

«Философия моего отца предполагала, что я должна привыкнуть к спартанским условиям. Любые отвлекающие факторы нужно ограничить. Я должна научиться спать как можно меньше, потому что сон — это потеря времени. Никаких удовольствий, даже вкусной еды, потому что это путь к слабости. Мне никогда не позволяли есть фрукты, йогурты, шоколад… В детстве я даже не знала, что такое свежий хлеб».  При этом родители девочки с удовольствием принимали горячие ванны, а на обед вдоволь ели и мяса, и овощей. Но они уже были избранными, а юной Мод еще только предстояло доказать свою принадлежность сверхлюдям.

Когда девочке было семь лет, Луи Дидье преподнес ей неожиданный подарок — щенка немецкой овчарки. Мод, которой так не хватало любви и ласки, все свободное время стала проводить с новой подругой. Луи создал специальную пристройку на заднем дворе, где и поселили овчарку. Мод назвала ее Линдой и после занятий сбегала к ней в деревянный альков. Однажды во время такой встречи нагрянули рабочие. Луи Дидье приказал им установить железные решетки вокруг пристройки. Когда работа была завершена, он приказал дочери выйти из клетки и оставить щенка в одиночестве.

«Я подчиняюсь ему. У меня нет выбора, кроме как подчиниться. Я выхожу, оставляя Линду за решеткой, ее глаза полны грустного непонимания. »Видишь ли,— говорит мой отец, глядя мне прямо в глаза, — она доверяла тебе, и вот к чему это привело. Запомни, ты никогда не должна никому доверять»».

С того дня и до конца своей жизни Линда запиралась в клетке с восьми утра до восьми вечера. «Она доверяла мне, и я не ожидала, что так выйдет. Она в ловушке из-за меня», — думала в тот момент семилетняя девочка. 

«Сначала Линда скулила и протягивала лапы, когда я шла мимо. Мне нельзя было останавливаться и общаться с ней. Я смотрела на нее, безмолвно извиняясь. Прошли недели, и Линда сидела в клетке в полной тишине, искры исчезли из ее глаз, и она просто виляла хвостом, когда меня замечала. Затем ее характер изменился. Начались необъяснимые вспышки агрессии, она рычала и обнажала зубы, когда слышала чьи-то шаги. После восьми вечера, когда она могла бегать по саду, она даже нападала на маму. Мой отец был доволен», — вспоминает Мод Жульен.

После этого Луи Дидье стал тренировать собаку охранять его велосипед. После нескольких месяцев обучения он решил проверить способности овчарки. «Однажды, когда Линда неподвижно сидела рядом с велосипедом, мой отец приказал мне подойти, схватить велосипед и увезти его. Я делаю, как мне сказали. Видя, как я бегу к ней, Линда вскакивает на ноги, прыгает на меня и вцепляется клыками мне в бедро. Я кричу от удивления и боли. Линда немедленно отпускает меня и ложится на землю, глядя на меня отчаянными глазами. »Абсолютно любой, независимо от того, какие глупые приказы он получит, может напасть на тебя — даже эта собака, которую ты считала такой верной», — говорит мой отец». 

Луи Дидье хотел, чтобы Мод никогда не забывала: он единственный, кто любит и защищает ее, и что доверить свою жизнь она может лишь ему.

Ситуация с собакой усилила чувство вины, которое Мод испытывала постоянно. «Порой, когда я лежала по вечерам в постели, мною овладевала сокрушительная печаль. Я обнимала подушку и воображала, что кто-то ласково утешает меня. Произносила слова, которые хотела бы услышать: »Не плачь, дитя мое. Не беспокойся, ты не одна. Мы любим тебя». Но вскоре у меня появилось неудержимое стремление немедленно себя наказать. Я впивалась ногтями в бедра. Но это казалось недостаточным наказанием. Тогда я свирепо вцеплялась зубами в предплечье. Все глубже погружала зубы в плоть и все дольше не разжимала челюстей. Ночь за ночью я истязала себя, даже пускала кровь. Это странно успокаивало. Ненависть и презрение, которые я чувствовала к себе, слабели, и я наконец могла заснуть», — вспоминает Мод.

Вскоре после случая с велосипедом и Линдой начались так называемые тренировки силы воли и бесстрастности. Мод должна была оставаться абсолютно неподвижной в течение пяти минут, а затем все дольше и дольше, вплоть до четырех часов.

Порой Луи будил девочку среди ночи и отводил в подвал. Там в крохотной темной комнате стоял лишь один стул. Мужчина приказывал дочери сесть и сохранять неподвижность до тех пор, пока утром за ней не вернутся. 

В течение этого времени Мод должна была «медитировать на смерть», преодолевая панический страх крыс. Подвал кишел голодными грызунами, которые могли кусать голые ноги Мод. Они могли вообще ее съесть, по крайней мере, в этом убеждал ее отец. Если она хоть на секунду откроет рот, то крысы заберутся внутрь и сожрут ее органы. Это испытание должно было укрепить силу духа Мод, сделать ее сильной и бесстрастной — и даже преодолеть страх смерти.  

Девочке предназначалось справиться как с душевной, так и с физической болью и чувствительностью. Любимой тренировкой Луи Дидье была та, во время которой Мод хваталась руками за ограду под напряжением, а он пускал ток. Даже мощный электрический разряд не должен был помешать девочке сохранить спокойное выражение лица. В противном случае — 6 недель изоляции в темном подвале, голодовка и никаких гигиенических процедур. 

Несмотря на всю жестокость, царившую в доме, Мод Жульен сохраняла веру в свои силы. Она бунтовала. Например, тайком прокрадывалась в кабинет отца (величайшее преступление!), намеренно проваливала его задания, а по ночам начала выбираться из своей комнаты через окно и гулять в саду. 

Когда она стала постарше, к ней пригласили учительницу музыки. Та заметила синяки на теле девочки и решила обсудить это с Луи и Жанин. Стоит ли говорить, что сердобольная мадам мигом была уволена?

Разумеется, виноватой в этом сделали Мод. Поэтому со следующим учителем-мужчиной она должна была стать еще более осторожной. Никто не должен был узнать о том, что происходит внутри дома Дидье — само существование Мод должно было храниться в секрете.

Родители убеждали ее, что по всей стране похищают детей из обеспеченных семей и продают их в «белое рабство». Юная Жульен жила в постоянном страхе, что ее в любой момент могут украсть и разлучить с мамой и папой. 

Мод Жульен

Новый учитель музыки, мсье Молин, оказался умнее своей предшественницы. Он заметил порезы на руках Мод и ее общее хилое состояние. От него не ускользнуло и богатство Дидье, а также их общественный статус. Невозможно идти против таких людей открыто — и тогда он предложил провести пару занятий в его собственном доме. Мол, там есть профессиональные инструменты, да и атмосфера располагает к творчеству. На удивление, Луи Дидье дал свое одобрение. Вероятно, он не мог представить, чтобы его выдрессированная подобно овчарке дочь осмелится пойти против воли отца.

Сначала Мод лишь занималась с учителем в его доме, а после стала подрабатывать в музыкальной лавке. Там в 18-летнем возрасте она познакомилась с юношей по имени Ричард. Между ними завязались отношения.

Узнав об этом, Луи Дидье долго размышлял. Ведь он уже приготовил для дочери достойную партию — своего приятеля, 50-летнего гомосексуалиста. А зачем нужен нормальный муж? Сверхчеловек не нуждается в чувствах и любви, а тем паче — в детях. 

Тем не менее, Луи все-таки разрешил Мод выйти замуж за Ричарда. Но с условием: через полгода она вернется домой, чтобы заботиться о своем престарелом отце до конца жизни. Стоит ли говорить, что с тех пор Мод Жульен уже никогда не жила под одной крышей с родителями?

Да, время от времени она их навещала. Сначала по выходным, а затем все реже и реже. Узнавая, что мир не такой, каким его рисовали Луи и Жанин, девушка переживала очередной сильнейший стресс, пусть все это и было к лучшему. Ей пришлось снова учиться — на этот раз жить так, как жили все обычные люди. Как совершать покупки в магазине? Как ориентироваться по городу? Как готовить? А как читать? В 18 она впервые посетила стоматолога, и тот пришел в ужас. Из-за регулярного недоедания зубы девушки крошились, а десны постоянно кровоточили.  

Мод Жульен

«Прошло больше 40 лет с тех пор, как я покинула дом своего детства и вышла замуж. Очень долго я не могла говорить о своем прошлом ни с кем, включая мужа, друзей и даже своего терапевта», — говорит Мод Жульен, анонсируя свою книгу.

После освобождения Мод долгое время не могла прийти в себя. С помощью психотерапевтов она научилась справляться с паническими атаками, тревожностью, фобиями, разрушительным обсессивно-компульсивным поведением, головокружениями и обмороками.

Сейчас Мод Жульен 63, и она счастлива. Живет в Париже вместе с мужем. У нее есть две взрослых дочери, которых она воспитала в любви и чуткости. А еще друзья, коллеги и пациенты, ведь теперь Мод сама работает психотерапевтом — специализируется на противостоянии эмоциональным манипуляциям и проработке травм.

  • 1 2 3 …13 Российское издание мемуаров Мод Жульен Смотреть галерею

Преодоление собственного травматического опыта позволило ей помогать другим. А окончательно отпустить свое детство она смогла благодаря книге воспоминаний. «Это не мемуары страданий, — объясняет мадам Жульен. — Это руководство по спасению. Можно пережить очень тяжелые ситуации и все же найти выход. Я хочу, чтобы моя книга стала символом надежды».

В России книга была переведена и опубликована издательством «Бомбора» в декабре 2019-го под названием «Рассказ дочери. 18 лет я была узницей своего отца». 

Источник

Похожие статьи

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Кнопка «Наверх»
Закрыть
Закрыть